Отв. ред. И.А. Бондаренко. - М.-СПб.: Либроком, 2013. - 304 с.

Полнотекстовая версия на портале РИНЦ

Architectural Heritage #58: English

Содержание и аннотации статей

Бондаренко И.А.
Средневековые карты мира и символика древнерусского храма

Рассматривается общая структура древнерусского храма в соотнесении с архаическими представлениями о вселенной. Устанавливается, что прямоугольная карта земли Козьмы Индикоплова не противоречит античным и средневековым традициям картографии. Такой карте земной поверхности, вытянутой вдоль западно-восточной оси, уподоблялись планы храмов базиликального типа. Крестово-купольные и иные центрические храмы воспроизводили в своем основании не эту карту, а образ земли – днища вселенной.

Никитенко Н.Н.
Крещальня Софии Киевской: к проблеме функционального назначения и датировки

Небольшая капелла с апсидой в юго-западном углу Софии Киевской, в южной части древней западной наружной галереи определяется в статье как предназначенная для знати мемориальная крещальня, встроенная в галерею в начале ХІІ в. Этот „храм в храме” возник на месте открытого   баптистерия, устроенного в галерее при создании собора.    Крещальня ХІІ в. создана по заказу князя  Владимира Мономаха в 1115 г. в честь столетия кончины Владимира Святославича. Декоративная программа крещальни решена в контексте общей идейной программы росписи Софийского собора – мемориала Крещения Руси, возникшего в 1011 – 1018 гг.

Носкова А.Г.
Деревянный Петропавловский собор в Повенце и его аналоги

Статья посвящена Петропавловскому собору в Повенце  – ныне утраченному и малоизвестному памятнику деревянного зодчества Карелии. Это один из старейших среди известных представителей типа храма «восьмерик на четверике» – самого распространенного на Русском Севере в XVII–XVIII вв. Автор рассматривает вопросы, связанные с формированием этого типа. Собор подробно описан, сделана его графическая реконструкция, освещена строительная история. В статье дается сравнительный анализ повенецкого храма с его ближайшими аналогами – церквями в Челмужах и Муезерском монастыре

Орлов А.
Развитие функционально-планировочной структуры часовен заонежья во второй половине XVII – начале XX века

На материале базы данных, включающей 93 традиционные клетские часовни Заонежья, рассматриваются особенности изменения состава и числа помещений в безалтарных храмах полуострова. Выявляются тенденции в строительстве и реконструкции часовен различной камерности; определяются ареалы и хронологические границы возведения и реконструкции различных планировочных вариантов часовен. Локальная специфика формообразования часовен интерпретируется в связи с особенностями исторического развития и этнокультурной картины Заонежья.

Неделин В.М.
Мценск в XII – начале ХХ вв. Архитектура и градостроительство

В статье рассказывается об архитектуре одного из древнейших городов России – Мценска. На основе многочисленных архивных материалов рассматривается сложение градостроительной структуры Мценска с древнейших времен и до начала ХХ в.; дается анализ регулярного плана города конца XVIII в. и проблем, связанных с его воплощением в жизнь; а также дается обзор архитектурных памятников города, как сохранившихся, так и утраченных.

Алитова Р.Ф., Никитина Т.Л.
Формирование и развитие иконографии Ростова Великого в XVIII–XIX вв.

В статье рассматривается формирование и развитие иконографии Ростова Великого в произведениях иконописи, монументальной живописи, графики и декоративно-прикладного искусства начала XVIII – середины XIX века.

Масиель Санчес Л.К.
Буддистские храмы Бурятии: от России к Тибету

В исследование предлагается периодизация буддистской архитектуры Бурятии и характеристика ее этапов. В 1750–1850 гг. иконография ориентировалась на Тибет — символические образы мандал, условно реалистические изображения тибетских святынь. Архитектурные формы при этом сочетали русские приемы и элементы с отдельными заимствованиями из строительного опыта соседней Халха-Монголии. В 1850–1900 гг. бурятские строители все дальше отходят от русского наследия, их постройки становятся частью буддистской дальневосточной традиции. Соединяя тибетские и китайские черты, они приобретают все больше сходства не только с монгольскими, но и восточнотибетскими постройками. Наконец, в 1900–1930 гг. развитие историчности мышления заставляет сознательно обращаться как к собственной старой традиции, так и к прославленным тибетским образцам, точно воспроизводя их иконографию и отдельные формы.

Шемелина Д.С.
Инструкция 1760 г. графа П.И. Шувалова: комплекс архивных документов о крепостях «европейского типа» в Восточной Сибири

В статье представлены результаты исследования уникального комплекса архивных документов - Инструкции 1760 г. графа П. И. Шувалова по проектированию крепостей на  Нерчинской и Селенгинской оборонительных линиях. Доказана необходимость целостного анализа содержания текста Инструкции, прилагаемых к ней проектов и исторического контекста их создания. Определено, что Инструкция была направлена на реализацию задач, подчинявшихся целям Нерчинской экспедиции. Установлено соответствие описаний четырех «родов» крепостей прилагаемым к Инструкции проектам. Приведены итоги сравнительного анализа планировочных структур крепостей. Полученные результаты доказывают, что в Восточной Сибири при проектировании крепостей применялись подходы, в основе которых лежала европейская теория фортификации. Результаты исследования позволяют расширить представление об особенностях фортификационного градостроительства в Восточной Сибири XVIII в. В научный оборот вводятся материалы из собрания РГАДА.

Клименко С.В.
Архитектурная программа коронации императрицы Елизаветы Петровны 1742 года и Москва эпохи барокко

В статье рассматриваются архитектурные работы 1741 - 1742 годов, осуществленные в Москве при подготовке коронации императрицы Елизаветы Петровны. Проведенный анализ позволяет сделать вывод о существовании целостной архитектурной программы оформления коронационных торжеств, что было отражено в коронационном альбоме 1744 года, которому уделено особое внимание  с точки зрения  его «архитектурного» содержания. За исключением хорошо известных проектов триумфальных ворот почти не изучены проведенные тогда довольно значительные ремонтные работы в Кремле и в императорских дворцах на Яузе, созданные по императорскому заказу другие сооружения, хотя напрямую и не связанные с церемонией коронации.  Подчеркивается роль триумфальных сооружений, рассматриваемая на примере Красных ворот, в формировании важных градостроительных узлов Москвы эпохи барокко.

Клименко Ю.Г.
Об интерпретации одностолпных помещений в архитектуре русского классицизма

В истории русской архитектуры традиционно сложилось представление о характере использования одностолпных палат в  древнерусских памятниках.  Применение центрального столба в произведениях русского классицизма имеет совершенно иное происхождение. В статье рассмотрены итальянские и французские примеры этого инженерно-строительного приема, возможные пути его заимствования. Распространенность и характер использования центрального столба в интерьерах памятников французского классицизма позволяет не просто соотносить это решение с российской практикой, но и делать заключение об атрибуции отечественных памятников эпохи русского классицизма.

Юрченко С.Б.
Об атрибуции Воскресенской церкви в Батурине

В статье на основании сравнения стилистических черт и приёмов, характерных для двух наиболее презентативных построек конца 18 века – соборов в Могилёве и г. Софии -  Воскресенская церковь в Батурине атрибутируется Адаму Менеласу. Формированию творческого почерка Менеласа способствовало его непосредственное сотрудничесво с ведущими архитекторами той эпохи – Чарльзом Камероном и Николаем Львовым. Благодаря последнему Менелас смог познакомиться с семьёй Разумовских, для которых он построил ряд сооружений светского и гражданского назначения. Благодаря авторитету Разумовских среди украинского дворянства, архитектурные формы батуринской церкви были заимствованы при возведении храмов в Новом Быкове, Кочергах и Качановке.

Царева С.М.
Гравюры с произведений Ангелики Кауфман как источник сюжетов и композиций архитектурного декора Москвы конца XVIII – первой трети XIX века

Рассматриваются сюжетные рельефы на фасадах и в интерьерах московских зданий, образцами для которых оказались гравюры по оригиналам А. Кауфман. Архитекторы не всегда продумывали до мелочей отделку зданий. Программу скульптурного убранства и выбор образцов осуществляли заказчики. Композиция гравюры в рельефе могла быть существенно переделана, возможно, под влиянием заказчика. В мастерских гравюру обычно переводили в рельеф без изменений. Произведения А. Кауфман в конце XVIII – начале XIX вв. были в моде и использовались для украшения не только предметов декоративно-прикладного искусства, но и частных интерьеров, и не только в виде гравюр с её оригиналов, но и в виде рельефов.

Микишатьев М.Н.
Архитектор Александр Брюллов. Особенности формообразования в творчестве архитектора первого этапа эклектизма

Творчество А. П. Брюллова открывает начальный этап нового направления в развитии русской архитектуры, который стал определяющим на многие десятилетия XIX в. Отвергнув догмы «ортодоксального классицизма», в значительной степени преодолённые уже ведущими мастерами ампира, зодчие оказались перед необходимостью создания нового художественного языка. В этой ситуации на первый план выходят идеи рационализма. Архитектурная отделка приобретает декоративный характер, предоставляя художнику и заказчику свободу выбора мотивов и «стилей», которые к тому же выполняют своего рода семантическую функцию. Сочетание композиционного мастерства, базирующегося на основе академической выучки, с изысканностью деталировки характеризует наиболее значительные произведения А. П. Брюллова. В настоящем очерке анализируется архитектура дачи гр. Самойловой, лютеранской церкви Св. Петра на Невском проспекте, церкви Св. Петра и Павла в Парголове  и комплекса зданий Пулковской астрономической обсерватории.

Самигулов Г.Х., Митина Н.Н., Дружинина А.В.
Утраченное наследие – церковь архиастратига Михаила в Троицке

Церковь архистратига Михаила, построена в г. Троицке в последней трети XIX в., по образцу Благовещенской церкви Конно-гвардейского полка в Санкт-Петербурге. Одновременно с церковью на той же площади, охватывая ее северную половину, был построен каменный Гостиный двор. К концу XIX в. сложился ансамбль Михайловской площади – замкнутость одной стороны площади и открытость места расположения церкви, приземленность корпусов Гостиного двора и ориентированность вверх здания храма, создавали своеобразную пространственно-объемную картину, в центре которой располагался храм, подчеркнуто устремленный ввысь. В 1967 г., к очередной годовщине Октябрьской революции здание было разрушено.

Залесов В.Г.
Архитекторы Западно-Сибирского учебного округа в конце XIX – начале XX в.

В статье исследуется творческая деятельность архитекторов, работавших в конце XIX – начале XX в. по ведомству Министерства народного просвещения в Западно-Сибирском учебном округе (территория Томской и Тобольской губерний и близлежащих областей: Акмолинской, Семипалатинской и Семиреченской; центр округа – Томск). Рассматриваются история формирования ведомственной архитектурно-строительной службы и организация ее деятельности на уровне центральных учреждений и окружной администрации. Даются персонифицированные творческие характеристики архитекторов, работавших в ведомстве на территории Западно-Сибирского учебного округа: П.П. Нарановича, Ф.Ф. Гута, А.Д. Крячкова, определяется их общий вклад в развитие региональной архитектуры.

Белинцева И.В. 
Архитектурный конкурс 1911 г. для Раушена (г. Светлогорск Калининградской области): проекты и реальность

В статье рассматриваются материалы архитектурного конкурса, проведенного в Восточной Пруссии в 1911 г. Конкурс был посвящен поискам облика загородного жилого дома для популярного в начале 20 века морского курорта Раушен. В тексте дается обоснование пристального интереса архитекторов начала 20 столетия к строительству частных особняков для семей среднего достатка, рассмотрено влияние английской архитектуры загородного жилища и других иноземных тенденций. Проанализирована стилистика проектных решений, переходная от модерна к его рационалистическому этапу развития и функционализму. Впервые в отечественной науке реконструированы биографии членов жюри конкурса, описаны особенности проектов и сохранившихся сооружений когда-то известных местных архитекторов, таких как М. Щёнвальд, Р. Щён. Хотя проектные предложения конкурса не были  осуществлены, они оказали воздействие на сложение исторического облика курорта и определяют современную застройку города Светлогорска.

Казусь И.А.
Архитектор Александр Гринберг и стилевые движения советской архитектуры 1920-х–1930-х годов

Анализируется творчество крупного мастера отечественной архитектуры А.З. Гринберга, выпускника Академии художеств, уже в предреволюционные годы успешно выступившего на 17 крупных конкурсах. В 1920-е – 1930-е гг. его опыт проектирования крупных градостроительно-значимых зданий, выставочных комплексов, музеев и объектов здравоохранения оказался остро востребованным. Он построил первый монументальный архитектурный памятник эпохи – Пролетарский дом в Саратове, участвовал в строительстве Сельскохозяйственной выставки в Москве, построил первый Дом Советов (Брянск), ставший одновременно и первым конструктивистским зданием в стране. Шедевром его творчества явился Театр нового типа в Новосибирске, проектировавшийся, начиная с 1929 г., и отразивший изменения, которые происходили в советской архитектуре при переходе от авангарда к освоению классического наследия и формирования ее новой стилевой направленности.

Птичникова Г.А., Флирль Т.
Столкновение в борьбе концепций  строительства соцгородов: проектные предложения В.Н. Семенова и Э. Мая для Сталинграда, 1928-1931 гг.

В статье отражены драматические столкновения идей в  процессе рождения «социалистического города». На материале борьбы двух архитектурных концепций  В.Н. Семенова и Э. Мая по разработке  планировки Сталинграда раскрываются   принципиально различные подходы в формировании планировочной структуры города. Первая -  «цепочка соцгородов», предложенная В.Н. Семеновым и Гипрогором. Вторая -  «полосовое развитие вдоль Волги», сформулированная Эрнстом Маем, за группой  которого стояли Цекомбанк и Сталинградстрой. В научный оборот вводятся новые материалы из немецких источников.

Коршунова О.Г.
Станция метро «Курская» в творчестве архитектора Л.М. Полякова

Работа над станцией метро «Курская» рассматривается как этап в творчестве Л.М. Полякова. Для понимания логики эволюции стиля зодчего в 1930е годы принципиальны три момента: 1. Леонид Поляков, ближайший ученик Ивана Фомина, работал вместе с учителем над станцией «Театральная», после смерти Фомина он достраивает эту станцию без изменений.  2.Станция «Курская», введенная в эксплуатацию в 1938 году, свидетельствует о полной независимости стиля Полякова от влияния творчества его учителя, хотя Леонид Поляков использовал отдельные иконографические элементы и мотивы своего учителя. 3. Архитектура «Курской» демонстрирует близость отдельных стилевых приемов Л.Полякова к творчеству крупных мастеров советской архитектуры Щуко и Иофана. Стиль станции «Курская»  носит синтетический характер, совмещает ведущие тенденции современности. В поисках наиболее точно отражающей эпоху архитектурной формы архитектор отказывается от влияния учителя. Архитектура «Курской» находится в перекличке со стилем Иофана.

Меерович М.Г.
Дискуссия о соцрасселении. Новые материалы

В статье разъясняются причины, побудившие ЦК ВКП(б) принять одно из ключевых партийных распоряжений в истории советской архитектуры - постановление «О перестройке быта», прекратившее дискуссию о социалистическом расселении. Приводятся ранее не публиковавшиеся сведения из Российского государственного архива социально-политической истории, раскрывающие функционирование механизма принятия в недрах сталинского руководства решений, посвященных вопросам градостроительства и архитектуры.

Фоменко С.Ю.
Зарубежная и отечественная историография деятельности русских архитекторов - выпускников Императорской Академии художеств, в Белграде в 1920-1930-е гг.

В статье анализируется сербская и отечественная историография 1930-х - 2011 гг. деятельности русских архитекторов-эмигрантов в Югославии 1920-1930-х гг., по преимуществу в Белграде. Кроме литературы, в т.ч. периодики, анализируются выставки, конференции, электронные ресурсы о наследии самых крупных архитекторов: Н.П. Краснова, В.М. Андросова, В.Ф. Баумгартена, Р.Н. Верховского, А.В. Папкова. Исследование проведено в контексте истории отношений русской архитектурной эмиграции с правительственными кругами Югославии и местным профессиональным сообществом. Делается вывод, что приоритет в изучении русского архитектурного наследия в Белграде принадлежит сербам и необходим перевод на русский язык обобщающих сербских трудов; дана периодизация в оценке русского архитектурного наследия; отмечен поворот за последнее десятилетие к положительной оценке; подчеркивается принадлежность русского архитектурного наследия к истории архитектуры ХХ века одновременно двум странам: Сербии и России.